#моя [не]идеальная жизнь - Софи Кинселла

Фору. А какую?

После отъезда Деметры прошло уже двадцать минут. Я тайком провела ее в дом и стояла на стреме, пока она с быстротой молнии принимала душ. А потом сторожила, пока она собиралась. Теперь нужно посмотреть, как там Алекс.

В саду его нет, а когда я стучу в дверь его комнаты, то не получаю ответа. Затем я отправляюсь на кухню и обнаруживаю его там. Он сидит за нашим столом и рассматривает баночки с вареньем Бидди. Когда я вхожу, он поворачивается ко мне с каким-то странным выражением – не то насмешливым, не то тревожным. Не могу толком разобрать.

Что это, жалость?

Бросаю быстрый взгляд на Бидди: что происходит? Но она только мило улыбается в ответ. Она явно не догадывается, что что-то не так.

– Здравствуйте! – осторожно произношу я.

– Привет, Кейти, – сдержанно отвечает Алекс. – Я только что беседовал с вашим папой и узнал, что вы взяли отпуск в компании под названием «Купер Клеммоу».

У меня начинает бешено колотиться сердце, хотя внешне я совершенно спокойна. Единственное, что я могу сделать, – это беспомощно смотреть на него и думать: «Нет! Пожалуйста, не надо! Не-е-е-е-ет!»

– Но ведь тебе не дают ни минуты покоя, не так ли, дорогая? – говорит папа со смешком. – Они все время ей звонят, чтобы проконсультироваться по какому-нибудь вопросу…

– В самом деле? – У Алекса все тот же странный голос. – Как это нехорошо с их стороны.

Мне хочется провалиться сквозь землю.

– Да, она все время или с лэптопом, или с мобильным. Беспрерывно беседует об этих «брендах», – вторит ему Бидди. – Всем нужна наша Кейти.

– Уж эти лондонские боссы! – Алекс качает головой.

– Слишком требовательные, – заявляет папа. – Я имею в виду, она в отпуске или нет?

– Очень хороший вопрос, – кивает Алекс. – Думаю, вы смотрите в корень, Мик.

– Знаете ли… – Каким-то образом мне удается это выговорить, хотя у меня дрожат губы. – Все… все не так однозначно.

– Да, я понимаю. – Алекс встречается со мной взглядом, и я вижу, что он заинтригован, что ему не все равно и что он не собирается выдавать меня Бидди и папе. Во всяком случае, не сейчас. – Итак, вы знаете, где Деметра? – добавляет он.

– Она… э-э… кажется, ее здесь нет, – отвечаю я, обводя взглядом кухню. На это трудно возразить.

– Почему бы не провести для Алекса экскурсию по ферме? – предлагает Бидди. – По пути вам может встретиться Деметра. Алекс, вы раньше уже бывали в Сомерсете?

– Никогда, – твердо произносит Алекс. – Я ничего не знаю о деревне. Она для меня тайна. У меня даже нет резиновых сапог.

– Это мы исправим! – Бидди открывает дверь кухни и выводит Алекса наружу. – Вдохните сельский воздух, – советует она. – Это очистит ваши легкие от городского смога.

На лице Алекса появляется насмешка, и он послушно принимается вдыхать воздух. Он всматривается в холмы и поля, словно что-то его заинтересовало. И вдруг делает несколько шагов вперед, еще сильнее прищурившись.

– Я ничего не знаю о сельской местности, – повторяет он, – и это просто идея. Но если вы срубите вон те кусты… Не улучшится ли от этого вид?

Он указывает на рощицу на востоке. Это действительно «бельмо на глазу» – просто мы к ней привыкли.

– Ага! – растерянно говорит папа. – Может быть, вы и правы. – Он смотрит на Бидди. – Как ты думаешь?

– Мне это никогда не приходило в голову. Но это верно. – У Бидди пристыженный вид. – Боже мой, как подумаю обо всех наших спорах о том, как улучшить вид…

– А он увидел сразу, – вставляет папа.

И он, и Бидди с благоговейным почтением смотрят на Алекса.

– Как я уже говорил, это просто идея, – повторяет Алекс. – Он смотрит на меня. – Ну что, идем на экскурсию?

Это не официальная «экскурсия» по Энстерз-Фарм, поэтому я просто веду Алекса во двор. Куда угодно, лишь бы подальше от папы и Бидди.

– Итак, Девушка в Отпуске… – начинает Алекс, как только мы оказываемся вне пределов слышимости.

– Прекратите. – Я не смотрю на него и не собираюсь останавливаться.

– Почему?

– По многим причинам. Но главным образом из-за папы.

– Он бы упрекал вас из-за того, что вы потеряли работу? – Алекс явно удивлен. – Но он, кажется, скорее склонен вас поддержать.

– Так и есть! Дело не в том, что он стал бы меня упрекать. Дело в том…

Подыскиваю слова, чтобы выразить свои чувства. Никогда прежде я ни с кем не говорила об отце и теперь чувствую себя не в своей тарелке.

– Я не могу его разочаровывать, – говорю я наконец. – И мне придется нелегко, если он за меня обидится. Он слишком склонен поддерживать, понимаете? И ему трудно вынести, когда у меня что-то идет не так. Он ненавидит Лондон и ужасно переживает, что я предпочла туда уехать… Если я расскажу ему о своем увольнении, для него это будет очередным подтверждением, что Лондон – ужасное место. А может, мне и не придется ничего говорить. – Я стараюсь говорить бодрым тоном. – Может быть, со временем я найду другую работу. И тогда ему никогда не придется узнать правду.